«Выше кадров только солнце…» (главы из неопубликованной книги «Профессия-дипломат, должность-консул» – журнальный вариант) Ч1

Кадровый «цугцванг» госсекретаря Андрея Зайца

Для меня, почти шесть лет жизни посвятившего кадровой службе, крылатая фраза «Кадры решают все», родившаяся в 1935 году, никогда не теряла своего значения. Во все времена она имела четко поставленную цель – давать дорогу профессионалам, пестовать и лелеять их, создавать условия для дальнейшей учебы и карьерного роста, была реальным работающим призывом к действию. Сам термин «кадры» до рождения «единого и могучего Советского Союза» имел военное происхождение и означал состав регулярных воинских частей. В 20-30-ые годы этим словом стали обозначать списочный состав квалифицированных работников предприятий и государственных учреждений. Со временем вопросы управления персоналом перешли от высшего руководства к отделам кадров и кадрового учета. На всех этапах развития страны кадровая политика претерпевала изменения, делала неожиданные телодвижения и зигзаги. Перестройка времен Горбачева середины 80-х годов во главу угла поставила борьбу с квалифицированными кадрами, прошедшими путь от низов и знающими специфику работы предприятий и учреждений, тем самым положив начало развалу экономики руками бездарных руководителей, избранных на собраниях. Кадровая чехарда не минула и Украину, где Леонид Кучма спустя два месяца после президентских выборов в 1994 год взял на вооружение свой лозунг – «НАШИ кадры решают все». Время многое расставило на места и сделало вывод относительно ошибочности и преступности перестроечно-кадровой политики Горбачева. Ждет своей оценки и расстановка президентом Кучмой НАШИХ людей на места устраненных аппаратчиков «кравчуковского призыва», ведь кадровая политика как живой организм при любой смене правительства и руководства страны меняет свои цели и ориентиры.

Первые уроки в работе с кадрами я получил во время военной службы на Ближнем Востоке. В августе 1970 года после окончания активной фазы сирийско-израильского противостояния, получившего название «война на истощение», приказом Главного военного советника в ВС САР генерал-лейтенанта Магометова я с передовых позиций был переведен в штаб на должность помощника начальника отдела кадров (в 1979 г. по указанию Андропова потомок карачаевского княжеского рода, генерал-полковник С.К. Магометов готовил операцию по вводу советских войск в Афганистан, за деятельность в Афганистане представлен к званию Героя Советского Союза. Он, как Главный военный советник, должен был сам подписать документ о присвоении себе этого звания, но не подписал). Лично для меня, молодого офицера, оказаться в стратегическом центре планирования и принятия решений, среди генералов и полковников, офицеров генерального штаба, означало высшую степень доверия и признание авторитета, завоеванного в боевых подразделениях. Там же фраза «выше кадров – только солнце», родившаяся в вооруженных силах и заменившая устаревший и поднаторевший лозунг 30-х годов, в очередной раз подтвердила свою истинность и действенность. Кадры всемогущи – об этом знает каждый офицер. В их полномочиях – казнить или миловать, оставить в столице или перевести в дальний гарнизон, послать на учебу или забыть о рапорте, задержать в звании, предоставить отпуск зимой, а не летом, внести или не внести в списки на ротацию, продлить срок загранкомандировки, а может нет, и еще множество других вариантов со связкой ИЛИ. Поэтому основные требования к составу кадровых служб кроме кодекса чести офицера – глубокая порядочность и беспристрастность, моральность и человечность, умение выслушать и расположить к себе – из двух вариантов решения вопроса выбрать именно тот, на который рассчитывает военнослужащий и члены его семьи. В случае невозможности – привести убедительные доводы и дать совет или рекомендации. Кадровик без авторитета, демонстрирующий свое превосходство, кичащийся воинским званием и связями, умением разрулить или создать проблему – пустое место, дискредитирующее систему.  Все это в располагающей манере изложил мне начальник отдела кадров полковник Коновалов, ставший наставником не только в кадровой работе, но и в жизни. Думаю, что доверие я оправдал, получив после окончания загранкомандировки блестящие характеристики, рекомендации на учебу и дружеское рукопожатие генерала Магометова при прощании со штабом. На пути в Латакию, где мне была забронирована каюта на т/х «Украина» сделал остановку у гарнизонного клуба в Хомсе.  Полковник Старовойтов сделал перерыв в занятиях, отдал распоряжение одному из офицеров и после группового фотографирования, мне вручили памятный адрес и сувенир в виде ключа. Тепло проводили до трапа корабля и военные моряки в Латакии.

При приеме на дипломатическую службу, за редким исключением, неизвестны случаи, когда бы новичок со стороны получал назначение на должность в отделе кадров министерства иностранных дел. 15 февраля 1973 года я в возрасте 28 лет, что тоже было необычно, стал именно таким исключением. Участок работы по подбору кандидатов для работы в международных организациях от Украины, как члена ООН, а также кандидатов на стипендии, которые ежегодно выделяла республике Организация ООН по вопросам образования, науки и культуры ЮНЕСКО, я успешно вел три года.

Несмотря на перерыв в дипломатической службе, когда 12 с половиной лет «на кораблях ходил бывало в плаванье», никогда не прерывал дружественных связей с Министерством иностранных дел Украины. Не случайно, после расставания с флотской страницей жизни мне в 1992 году поступило два предложения – заняться морскими вопросами в договорно-правовом управлении МИДа, или в Управлении кадров принять участие в формировании дипломатических и консульских учреждений уже независимой Украины за рубежом. Я выбрал второе. Как управление персоналом, так и флотская служба – это кропотливая работа с людьми в постоянном контакте, когда не только ты – кадровик или флотский командир, оцениваешь и изучаешь личный состав, но и все, кто ниже или выше тебя по положению и должности, дают тебе оценку, в первую очередь как человеку, а уже во-вторых, как специалисту и профессионалу. Умение работать с людьми, оперативность, правильная логистика, взаимопомощь и уважение в коллективе кадрового подразделение оценило руководство МИДа и довольно неожиданно предложило мне должность руководителя общего секретариата. По критериям карьерного роста и стандартам дипломатической службы невиданное повышение – через три должностные ступеньки. В начале 90-х годов в условиях кадрового голода в системе государственных учреждений, где Министерство иностранных дел, не было исключением, руководителям структурных подразделений, в том числе и мне, уже на новой должности, пришлось заниматься подбором персонала, расстановкой кадров, в напряженной обстановке приходить на помощь заваленному работой немногочисленному аппарату управления кадров.

В общей сложности четверть века, отданные дипломатической службе в центральном аппарате МИД УССР и Министерстве иностранных дел независимой Украины, а также в загранучреждениях Украины в Индии, Египте и США – и сейчас служат причиной постоянного интереса к работе внешнеполитического ведомства, в частности и к кадровой политике министерства, которая, в целом развиваясь в цивилизованном русле и стараясь перенять опыт и достижения развитых стран в управлении персоналом, по мнению не только сотрудников министерства, но и заслуженных ветеранов, в конце второго десятилетия зашла в тупик.

В марте 2020 года по представлению в Кабинет министров главы внещнеполитического ведомства Дмитрия Кулебы был уволен с должности госекретаря Андрей Заяц – идеолог нового закона о дипломатического службе, отдельные положения которого и новые правила вызвали сопротивление части дипломатов. Случайно или нет, увольнение произошло накануне выхода в эфир журналистского расследования «Стоп коррупции». То, что сотрудники МИДа дали интервью о разгуле коррупции в системе МИДа – в консульских учреждениях за рубежом и в кадровой службе министерства, на условиях анонимности, может поставить под сомнение вопрос – есть ли системная коррупция в самом элитном органе государственной власти или все же внешнеполитическое ведомство как было, так и остается в роли жены Цезаря.

Хотя первый звоночек прозвучал в 2000 году, когда по решению Леонида Кучмы был освобожден, построивший на «печерских пагорбах» личный особняк и отвечающий за кадровую политику заместитель министра иностранных дел. Именно он в середине 90-х годов вовлек в дипломатическую орбиту школьного учителя с Закарпатья Андрея Зайца. Вряд ли дальнейший карьерный рост Зайца мог быть без его покровительства. Но оставим этот вопрос за скобками.

В 2001 году указом тогдашнего президента Леонида Кучмы в Украине был введен институт государственных секретарей. Несмотря на отсутствие сигналов о проявлениях коррупции, минимизацию бюрократических процедур в кадровой политике, опыт введенного института почему-то был признан негативным и институт госсекретарей опять же по решению Леонида Кучмы почил «в бозе» в 2003 году. С принятием нового Закона Украины «О государственной службе» в 2016 году в Украине была снова введена должность государственного секретаря, что положило разделение политических функций с чисто административными в системе исполнительной власти, а значит и в МИДе. Теперь министр и его заместители фактически занимаются реализацией политики внешних сношений, а госсекретарь организацией всей внутренней работы министерства – руководством аппарата, кадровой политикой, логистикой, борьбой с коррупцией, материальным и финансовым обеспечением Министерства и загранучреждений. Являясь высшим должностным лицом из числа государственных служащих министерства, подотчетным и подконтрольным только министру – государственный секретарь сосредоточил в своих руках все возможные и невозможные рычаги власти. В довольно непростой международной обстановке, обусловленной геополитическим расположением Украины между Востоком и Западом, министру, в силу своей должности большую часть времени, проводящему за стенами МИДа, не до контроля и отчетов, что делает государственного секретаря вполне самостоятельной фигурой, способной влиять и на политические процессы.

Судя по представлению Дмитрия Кулебы и решению Кабмина, основания для освобождения Анлрея Зайца, пробывшего на посту госсекретаря три с половиной года и уволенного с дипломатической службы, все-таки были. Но, в 20-х числах марта 2020 года в твиттере экс-госсекретарь МИДа, написал: «С удивлением узнал из «расследования, что в министерстве есть такой себе Аль Капоне, который «решает все вопросы». При этом он обвинил украинскую журналистику в манипуляциях и отсутствии доказателств, подчеркнув при этом, что 25 лет честно работает в интересах Государства и дипслужбы. Буквально сразу же, без промедления, в защиту «чести и достоинства» Андрея Зайца выступили более 10 дипломатов руководящего звена. Однако, экс-советник МИДа Василий Гулей, можно сказать дипломат средней руки в роли рабочей лошадки, подвел итог, дописав: «Вот что я Вам скажу. Репортаж полностью и целиком неудачный. Не исключаю, что вы и есть его автором. Потому что – это ваш уровень». Яростно в защиту уволенного госсекретаря выступил Данила Лубковский, вышедший в отставку с должности заместителя министра иностранных дел в конце 2014 года. «Это решение – несправедливое и вредное, – завил он. – Несправедливо, потому что Андрея Зайца уволили досрочно и без вменяемых аргументов…Именно он сумел уберечь МИД от управленческого хаоса».

У меня, как ветерана дипломатической службы вопрос. Мог ли существовать МИД после 2016 года, если бы школьный учитель с Закарпатья не был избран мессией для его спасения. Согласен, что Заяц прав, доказательств коррупции нет (по той причине, что не было цели в их получении), а на анонимных свидетельствах, полученных в ходе журналистского расследования, обвинение строит нельзя. А как же признаки уголовных правонарушений, которые нашли во время последнего аудита эффективности использования средств государственного бюджета, выделенных Министерству иностранных дел на руководство и управление в сфере государственной политики по внешним отношениям. «В действиях должностных лиц МИД и подрядчика при использовании бюджетных средств усматриваются признаки уголовного правонарушения в части присвоения, растрат или завладения чужим имуществом путем злоупотребления служебным лицом своим служебным положением и внесения заведомо ложных сведений в официальных документах (служебная подделка)», – заявили в Счетной палате.

Как ни странно, но кое-кто из должностных лиц министерства, упомяных в отчете Счетной палаты, были включены в план ротации 2020 года для замещения руководящих должностей в консульских учреждения за рубежом в самых престижных странах.

Едем дальше. 02.04.2020 года Киевская государственная прокуратура №4 через суд вернула МИД Украины служебную квартиру площадью 114 кв. метров стоимостью свыше 3 млн. гривен в Днепровском районе города Киева, отчужденную мошенническим путем. Кто-то же должен за это ответить. Чего уже стоят сомнительные и дорогостоящие покупки сувенирной продукции, не говоря о пледах, также купленных втридорога, и которые аж никак нельзя отнести к подарочному фонду. Ведь МИД Украины не поддерживает внешних сношений с вождями африканских племен или аборигенами Австралии, где пледы могли бы пойти на УРА. Есть вопросы и в отношении деклараций экс-госсекретаря, а также рокировок в купле-продаже квартир. Но не это главное. Отодвинем в сторону обвинения в коррупции, декларации, квартиры и все равно остается злоупотребление служебным положением и служебная халатность. При обнародовании таких фактов высшие должностные лица в государственных учреждениях цивилизованных стран, по собственному желанию, не дожидаясь срока окончания полномочий, уходили в отставку. Андрей Заяц, не намерен сдаваться. Ну это уже его дело

Ветераны тоже в претензии. Процесс их постепенного отторжения от министерства, начавшийся во втором десятилетии нового тысячелетия, был завершен при государственном секретаре Андрее Зайце. Исключение – 100-летие дипломатической службы Украины, празднование которой без тех, кто закладывал ее фундамент, выглядело бы «театром одного актера». А дальше полное забвение. Людям, посвятивщим свою жизнь дипломатической службе, даже в статусе ветеранов, небезразличны не только деятельность внешнеполитического ведомства на международной арене в современных условиях, его успехи или недоработки, но и внутренние процессы, происходящие в министерстве. Так устроена жизнь. Приятно, что ветеранов, давших путевку в жизнь многим дипломатам, не забывают коллеги – пока еще действующие сотрудники министерства, бывшие подчиненные, воспитанники. Звонят, интерисуются, делятся новостями, которых не найдешь на сайте министерства, а также впечатлениями. Больше всего болезненных переживаний и претензий у них к кадровой политике, потерявшей в период правления Андрея Зайца человеческое лицо.

По их словам, принципы партнерства, правильной морали и равного отношения ко всем сотрудникам министерства ушли в прошлое. Прозрачность в кадровых процедурах, если и соблюдалась, то от уровня начальников отделов и выше. Вопреки Закону о дипломатической службе, предусматривающему регулярные ротации сотрудников министерства, многие были лишены возможности продолжить службу в загранучреждениях, даже после 5 – 6 лет безупречной работы в центральном аппарате. В отношении большинства с пристрастием применялись положения Закона, для избранных и свиты – исключения и зеленый свет светофора.  Негласно существовал и «черный список» c использованием фейков, слепленных в службе персонала, блокирущий продвижение дипломатов по карьерной лестнице. Имели место случаи жесткого прессинга на лиц, чьи критические высказывания в отношении госсекретаря Зайца и его правой руки – председателя кадровой конкурсной комиссии Виталия Усатого, попадали в уши фигурантов. Если бы не статус «Участника боевых действий», кое-кто мог оказаться за воротами МИДа. Те, выше кого только солнце, вероятно в силу своей образованности, не знали и не приняли на вооружение высказывание древнегречекого историка Фукидида: «Благородному человеку достойно мстить лишь равному себе и в равных условиях», а также немецкого философа Фридриха Ницше: «Месть – это наслаждение души мелкой и низкой».

В целом в своих откровениях действующие сотрудники МИД среднего и низшего звена почти слово в слово подтвердилы материалы журналисткого расследования «Стопкор», называя в беседах с ветеранами поименно руководящих сотрудников кадровой службы МИДа, задействованных в коррупционных схемах. Не «царское это дело», в закрытых, в том числе и для правоохраниельных органов, стенах министерства, ловить за руку передающих или принимающих конверты, а может там поздравительная открытка. Считаю правильным, что МИДовская система, не привлекая внимания со стороны, с доказательствами или без, старается сама (за исключением периода «Зайца во власти») бороться с проявлениеми коррупции, досрочно отзывая из-за рубежа, не оправдавших доверия дипломатов, или перемещая чиновников аппарата в менее удобные кресла с понижением. На памяти один из многих примеров, когда отозванному из Индии консулу, предложили написать заявление об увольнении по собственному желанию. Когда Александр Г. возмутился и заявил, что будет оспаривать свое честное имя в суде, ему продемонстрировали запись, сделанную устройством, вмонтированным в ручные часы, где ясно прозвучало требование о получении мзды с турагентов. Несмотря на то, что запись сделали иностранцы, заявление об увольнение без промедления легло на стол.

Думаю, что молодая команда во главе с министром Дмитрием Кулебой, сделала тот же вывод, что и большинство дипломатов, которые, очень, ну очень-очень мягко говоря «не любили» экс-госсекретаря и кадровую часть его свиты, не без основания считая, что таким персоналиям нельзя работать с людьми. Еще летом 2020 года Дмитрий Кулеба, заверил, что к концу года министерство преодолеет основные недостатки в работе МИДа, включая недостатки и упущения в кадровой политике. Приятно привести слова бывших послов США в Украине Стивена Пайфера и Джона Хербста, которые после первых встреч и бесед с Дмитрием Кулебой заявили: «He is just like us» (он такой же, как и мы), относя тем самым его к представителям новой формации дипломатов.

Подвижки в кадровой политике министерства начались с назначением в августе 2020 года нового госсекретаря Александра Банькова. Пересмотрен, утвержденный госсекретарем Зайцем и врио госсекретаря Виталием Усатым, план ротации на замещение должностей в загранучреждениях на 2020 – 2021 гг. Полностью заменен руководящий состав службы персонала. Больше того, появились четкие ориентиры и в реформировании дипломатической службы Украины. Во время беседы Александр Баньков сообщил также и о своем намерении минимизировать бюрократические барьеры в кадровой политике. Оценку изменениям давать еще рано, но надежды на выход из кризисной ситуации есть.

В заключение не могу не привести многозначущюю фразу Дмитрия Кулебы, высказанную на совещании послов Украины: «Нашу с вами задачу – и свою задачу как министра, как руководителя дипломатической службы – я вижу в том, чтобы сделать все от нас зависящее, чтобы в кратчайшие сроки украинская дипломатия из неплохого надежного бензинового автомобиля преобразовать в современный электроавтомобиль, которому будут завидовать другие страны.».

Оценка кадровой политики украинского МИДа в 20-х годах была бы неполной без сравнения с предыдущими периодами, как во времена УССР, так и на заре Независимости нашей страны. Хотя есть вопросы и к кадровой политике, которую проводили до введения должности госсекретаря заместители министра – руководители аппарата министерств. Но последняя тема требует дополнительных исследований и соответственно оценки.

 (продолжение следует)

Член Национального союза журналистов Украины

Ветеран дипломатической службы Украины

                                                                                     Вячеслав Лузин

Источник: The Maritime Telegraph | Морская Правда

Добавить комментарий

Перейти к верхней панели